Официальный сайт Дмитриевой Оксаны Генриховны, депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга   
E-mail:

Россияне – дырка в федеральном бюджете

Московский комсомолец

Депутат Госдумы Оксана Дмитриева: “В 2011—2013 годах правительство богатой страны решило сэкономить на бюджетниках и больничных листах”

Вперед, в трясину!

— Как можно кратко охарактеризовать суть бюджета-2011?

— У нас уже были бюджеты упущенных возможностей, бюджеты спада. А это — бюджет затягивания в трясину необдуманных решений и провальных реформ. Цена на нефть растет, но не так лавинообразно, чтобы погасить все издержки ошибок. Поэтому те задачи, которые были поставлены ранее и начали худо-бедно решаться, бросают на полпути и бегут к следующим задачам. К примеру, в 2009—2010 годах пошли на большие расходы ради повышения пенсий, чтобы попытаться довести их уровень до 40% от средней зарплаты. Теперь об этом забыли, и коэффициент замещения поползет вниз, по прогнозу опустившись к 2013 году до 35,8% с 37% в 2010 году. На самом деле уже к началу 2011 года коэффициент замещения составит не больше 34—33%... Зато вдруг вспомнили, что с наукой совсем плохо, и реанимировали национальные проекты, которые в прошлом году были почти сведены на нет. Но и здесь без рывка, подход чисто формальный... В 2010 году решили, что оплачивать больничные листы надо щедрее, исходя из суммы уплаченных за конкретного гражданина в Фонд социального страхования взносов, а сейчас сокращают выплаты...
К тому же бюджет практически не подлежит анализу.

— Как это?

— Понять и сделать выводы в состоянии многие, для этого достаточно элементарного экономического образования, а вот разобраться — едва ли. У нас в принципе очень плохая классификация (систематизированная группировка доходов и расходов по однородным признакам, с присвоением объектам классификации специальных кодов. — “МК”), и невозможно понять, на что идут те или иные деньги. А бесконечные изменения классификации делают несопоставимыми бюджеты разных лет — все время меняются и коды, и их содержание. Например, в этом году количество разделов классификации увеличено с 11 до 14, из раздела “Здравоохранение, физическая культура и спорт” выделены расходы на физкультуру и спорт, из раздела “Культура, кинематография и СМИ” — расходы на СМИ и т.д., и т.п.

И главная фишка: реально идет сокращение ассигнований в социальные отрасли (если на три года написана почти одна и та же сумма, это означает с учетом инфляции существенное сокращение), но признаваться в этом не хочется. Поэтому сделано так, чтобы никто ни в чем не разобрался. Расходы на инвестиции в региональное образование, здравоохранение, культуру, доплаты за классное руководство, которые раньше шли по линии межбюджетных трансфертов субъектам Федерации, теперь приплюсованы к расходам по функциональным разделам — образование, здравоохранение, культура...

— Значит, чтобы узнать чистые расходы на образование, нужно вычесть инвестиционную составляющую?

— Да, надо вычитать. И сопоставлять полученную цифру с 2010 годом. Наперсточничество, иначе не скажешь.

— Но к бюджету же прилагается обширная пояснительная записка!

— Кое-что там расшифровано и таблицы какие-то есть, но зато почти нет сопоставлений с предыдущим годом, а какой без них анализ? Причем где-то все показано вплоть до миллионов, а где-то нет расшифровки и десятков миллиардов. А если Минфину не хочется объяснять, сколько конкретно пойдет на те или иные цели в 2011 году, дается общая сумма за 2011—2012 годы или даже за 2011—2013-е. К тому же бюджет представлен в виде, не подлежащем машинной обработке, и желающим разобраться в нем предлагается стать Золушкой: все зерна перепутаны — и надо ручным способом отделить одно от другого.

— Но это высший пилотаж — писать такие пояснительные записки!

— Мастерства не отнимешь. Единственная задача, которая решена, — сделать бюджет непрозрачным, запутанным. Его невозможно адекватно оценить ни руководителям государства, ни аналитикам, ни депутатам, ни общественности. Если коррупция и уменьшится, это будет чудо, потому что при таком бюджетном планировании можно зарыть и “потерять” десятки миллиардов...
Хотя программные цели изложены очень красиво. Первая из них — бюджет как один из “важнейших инструментов макроэкономического регулирования”. И тут же возникает вопрос о росте государственного долга. В прошлом году мы говорили, что раскручивать эту пирамиду не стоит. Но деньги занимались, и в результате расходы на обслуживание долга выросли на 109 млрд. рублей, то есть на 40%. Только за год прирост расходов на обслуживание долга превышает наши расходы на культуру и в три раза больше расходов на лесное хозяйство! А в 2011 году основным источником покрытия дефицита окончательно становится размещение государственных ценных бумаг, и к 2013 году обслуживание долга съест уже 600 млрд. рублей, что превысит наши расходы на образование и культуру, вместе взятые.
Уму непостижимо: имея Резервный фонд, осуществлять заимствования! Ведь долг плох не сам по себе, а тем, что влечет за собой расходы по обслуживанию.

— А какие есть варианты, если дефицит на 2011 год запланирован на уровне 3,6% ВВП, а средства фонда будут исчерпаны полностью?

— Резервный фонд должен был исчерпаться в нынешнем году, но этого не произошло, потому что цена на нефть, как мы и предсказывали, оказалась гораздо выше, чем прогнозировало правительство, и доходы бюджета оказались больше. Бюджет 2011 года, как нам кажется, тоже посчитан, исходя из заниженной цены на нефть: она будет не 75, а выше 80 долларов за баррель. И потом, можно подумать, что ради затыкания дыры в бюджете действительно продавались те ценные бумаги, которые лежат за границей и составляют основу Резервного фонда! Да мы просто печатали деньги на эту сумму и переводили их с одной строки учетной записи на другую! Если бы реально тратился Резервный фонд, мы бы увидели сокращение золотовалютных резервов на ту же сумму. Но этого не происходит.

Ученые землекопы

— Еще одна программная цель бюджета—2011 — “разработка и внедрение инструментов поддержки инноваций”.

— Я не вижу инструментов поддержки инноваций. По крайней мере налоговое стимулирование инновационной деятельности планируется очень небольшое, и касается оно в основном узкой группы предприятий — резидентов “Сколково”.
Еще принимаются законы, устанавливающие льготный режим уплаты страховых взносов для предприятий, занимающихся информационными технологиями, и малых инновационных предприятий, созданных на базе вузов. Но эти льготы никак нельзя считать стимулирующими, они восстанавливают то, что было: отдельные сектора инновационной экономики просто решено не губить окончательно в условиях резкого роста налогового бремени — и все.

— А как же расходы на науку?

— Здесь тоже эквилибристика. Роста расходов на науку там, где сосредоточен основной научно-технический потенциал, нет. Так, на военную науку дали 155 млрд. рублей в 2010 году, в 2011-м дадут 166 млрд., но этот рост 3,8% — ниже официально заявленной инфляции. На фундаментальные исследования якобы выделяют больше на 16%, но в этот раздел записано предоставление грантов в области культуры и СМИ. При всем уважении к СМИ — это не фундаментальные исследования. Фондам поддержки науки, например РФФИ, о которых очень хорошие отзывы ученых, вообще не увеличили ассигнования ни на копейку, что с учетом инфляции будет меньше. Частично учтены и наши предложения — 804 млн. заложено на президентские гранты научным работникам, но это в 70—100 раз меньше того, что необходимо.

Но больше всего фокусов в предоставлении расходов на программы инновационной направленности. Записано в пояснении Минфина, что инновационных программ — на 604 млрд. рублей. Однако половина этой суммы — программа модернизации транспортной системы, преимущественно дорожное строительство. Подавать рытье котлованов и укладку асфальта за инновации под силу только нашему доблестному Минфину.

— Но бюджет действительно “социальный”, как говорят?

— Никакой социальной составляющей в бюджете тоже нет. Посмотрите рост фонда оплаты труда в системе высшего образования: 2,1%, в 3 раза меньше официальной инфляции. Фонд заработной платы по федеральным клиникам сокращается и в абсолютных цифрах, а в системе академической науки увеличивается лишь на 4,6%. И рост расходов — это рост преимущественно на оплату повышенного тарифа страховых взносов.

Еще одна цель бюджета — “повышение качества человеческого капитала”. Это вообще чудо! С середины 2012 года в полном объеме должен вступить в силу закон о новом механизме финансирования бюджетных учреждений, и уже видно, что расходы на образование, культуру, здравоохранение замораживаются. А индексация коммунальных расходов планируется только в рамках официально заявленной инфляции, то есть на 6,5%. Причем в следующем году электроэнергия подорожает по плану на 10%, газ — на 17%, железнодорожные перевозки — на 10%, а тарифы на услуги ЖКХ — на 13%. Таким образом, налицо сжатие расходов в учреждениях образования и здравоохранения, что предполагает либо их закрытие, либо коммерциализацию.
Конечно, некоторый плюс дает поддержка ведущих вузов и национальных университетов — 30 млрд. рублей, на Высшую школу менеджмента — 1 млрд. Фонд оплаты труда федеральных бюджетников индексируется с 1 июня, стипендиальный фонд — с 1 сентября. Но нигде не написано, какой будет стипендия после повышения. Потому что это смех: думский Комитет по образованию подсчитал, что у учащихся ПТУ и колледжей прибавка составит 20—25 рублей к нынешним 400, а у студентов вузов — 60—65 рублей к нынешним 1100. Причем стипендии не индексировались уже 3 года — с прошлых выборов…
Собирается правительство и “обеспечить долгосрочную устойчивость и сбалансированность пенсионной системы”. Но бюджет на ближайшую трехлетку наглядно свидетельствует о провале пенсионной реформы.

— Но индексация-то пенсий запланирована!

— Да, но в 2011 году они готовы проиндексировать пенсии только на 8%. А заработная плата в любом случае будет расти более высокими темпами, что, как мы уже говорили, приводит к снижению коэффициента замещения.

Болеть себе дороже

— У кого она, интересно, растет, эта зарплата? Никто из моих знакомых столь отрадный факт не зафиксировал.

— Растет зарплата в нефтяном и газовом секторе экономики, в финансовом секторе. И потом, у нас же резкая неравномерность в оплате труда. Все, что заплатили топ-менеджменту, частично тоже показывает рост. То есть растут зарплаты в том сегменте, который не облагается страховыми взносами — более 415 тысяч рублей в год.

— А что будет с госслужащими? В Госдуме лежит законопроект, который предусматривает замораживание нормы о ежегодной индексации их зарплат в соответствии с инфляцией. Им не будет и 6,5% прибавки?

— Госслужащим предложено сокращение численности на 20%, а 50% экономии обещано оставить в распоряжении организаций. Но и там все очень забавно. Формально у нас сокращение и по органам исполнительной власти (за исключением фискальных и таможенных), и в аппарате правительства, и в Администрации Президента. Казалось бы, экономия. Но в разделе “Общегосударственные вопросы” заложено 5 млрд. рублей на обеспечение этого сокращения. Президент велел сокращаться — ему покажут, что выполнили. Но непонятно, дешевле это или дороже, чем платить зарплаты сокращаемым...

— Как вы оцениваете предлагаемые правительством изменения порядка оплаты больничных листов?

— Это самое потрясающее предложение в смысле заботы о повышении качества человеческого капитала. Работодателю со следующего года увеличили страховые взносы с 26% до 34%, но этого мало: его заставят платить еще за один день больничных. При этом реальные ассигнования на выплату больничных сокращаются по сравнению с предыдущим годом на 22 млрд. рублей.
Основная причина низкой продолжительности жизни в России — смертность в трудоспособном возрасте, особенно среди мужчин. И так-то они больничные не берут... А если уж говорить о здоровье женщины-матери, то, прежде чем взять отпуск по беременности и родам, как правило, она еще несколько раз сидит на больничном, вынашивая ребенка. Значит, и по женщинам удар. Тем более что вряд ли у многих беременных стаж превышает 15 лет — именно столько теперь надо будет проработать, чтобы заслужить 100%-ную оплату больничного. И это же относится к больничным листам по уходу за ребенком...
А новый хитрый механизм расчета (исходя из средней зарплаты за два года)? Позади как раз 2 кризисных года, когда очень многие были на неполном рабочем дне, сокращенном заработке, в принудительных отпусках за свой счет или сидели на пособиях... Причем экономия-то совершенно грошовая. Какой смысл создавать специальный фонд в 460 млрд. рублей на обновление материальной базы здравоохранения, а на больничных, которые с точки зрения сохранения здоровья дают эффект гораздо больший, чем сверхдорогостоящий томограф в отдельно взятой больнице отдельно взятого региона, экономить несколько десятков миллиардов?
Вот такой бюджет. На том, что людям напрямую идет, на “безоткатных” статьях — сплошная экономия. Зато на стройки века с их масштабными госзакупками не жалко: на Олимпиаду выделяется 192 млрд. рублей, на саммит АТЭС — 52 млрд. (Для сравнения: расходы на увеличение заработной платы бюджетникам в образовании — 5 млрд., на рост стипендий — менее 1 млрд.). А бороться с порочными схемами и ликвидировать нерациональные финансовые потоки в том же Пенсионном фонде, в медстраховании или при госзакупках, ограничить рост тарифов не могут или не хотят.

Марина Озерова