Официальный сайт Дмитриевой Оксаны Генриховны, депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга   
E-mail:

Оксана Дмитриева: «К новому кризису мы подойдем с нерешенными социальными проблемами»

Каждый год во второй половине октября Госдума принимает в первом чтении проект федерального бюджета. (При нынешнем раскладе не принять его она просто не может.) Каждый год перед этим событием, политический смысл которого в одобрении экономической политики правительства, «МК» обсуждает главный финансовый документ страны с первым замглавы думского Комитета по бюджету и налогам доктором экономических наук Оксаной Дмитриевой («СР»).

Оксана Дмитриева: «К новому кризису мы подойдем с нерешенными социальными проблемами»

Каждый год во второй половине октября Госдума принимает в первом чтении проект федерального бюджета. (При нынешнем раскладе не принять его она просто не может.) Каждый год перед этим событием, политический смысл которого в одобрении экономической политики правительства, «МК» обсуждает главный финансовый документ страны с первым замглавы думского Комитета по бюджету и налогам доктором экономических наук Оксаной Дмитриевой.

Традицию нарушать мы не стали. Г-жа Дмитриева — тоже: она по-прежнему считает бюджетную политику правительства ошибочной.


— Мы всегда начинаем с общей характеристики бюджета. Были у нас и «бюджет упущенных возможностей», и «бюджет, захлебывающийся в дорогостоящих ошибках». Как бы вы охарактеризовали этот, на 2013 год?

— Бюджет с петлей на шее. Причем затянется эта петля к 2016 или 2017 году — как раз тогда, когда может случиться очередной мировой экономический кризис. Парадокс в том, что вместе с проектом бюджета нам представлен очень качественный прогноз социально-экономического развития, подготовленный Минэкономразвития. В нем совершенно правильно говорится, что мировая экономика в 2013 году прирастет на 3–3,5% и не будет пока мирового кризиса и резкого падения цен на нефть — скорее, следует ожидать их пусть не лавинообразного, но роста. И вот на основе правильного прогноза строится бюджет, посчитанный исходя из среднегодовой цены на нефть 97 долларов за баррель (бюджет 2012 года посчитан, исходя из 100 долларов за баррель, по прогнозу, реальная среднегодовая цена составит не меньше 110. — «МК»). Но это возможно лишь при кризисе, спаде экономики и резком сокращении спроса на нефть!

— Почему именно 97 долларов?

— Бюджет подгоняли под новое бюджетное правило, закон о котором еще не принят. Это правило требует считать бюджет, исходя из средней цены на нефть за предшествующие 5 лет плюс 1% дефицита бюджета. Вот и получается 97 долларов за баррель. То есть не прогноз и расчет, а «пол плюс потолок делим и умножаем».

При этой цене правительство искусственно создает и планирует дефицит бюджета в 500 млрд рублей, чтобы оправдать займы на 600 млрд рублей. И 373 млрд предполагается положить в Резервный фонд. Получается, что мы не только складируем нефтедоллары и вкладываем их в чужую экономику, но и берем на эту операцию деньги в долг. Причем в последние годы правительство все время ошибается в прогнозе цены на нефть, и все время в сторону занижения. В 2010 году этот нехитрый трюк обеспечил 1,4 трлн рублей допдоходов, в 2011 году — 2,5 трлн рублей (пять бюджетов образования), в 2012-м, по расчетам, даст свыше 1 трлн (два бюджета здравоохранения). Замечу, что в альтернативном бюджете «Справедливой России» доходы были подсчитаны точно.

— Разве не Резервный фонд позволил пройти кризис без резких потрясений?

— Кризис мы прошли хуже всех именно потому, что в 2001–2007 годах, когда пошел рост цен на нефть, доходы от ее продажи не использовались внутри страны, не осуществлялась реструктуризация экономики, ее диверсификация. Не успели осуществить, говорили нам. Не успели — потому что ничего не делали. Вся эта политика напоминает человека, который, во всем себе отказывая, не заводит семью из экономии и копит на собственные похороны. Другой в то же время живет в свое удовольствие, рожает и растит детей, строит дома, и похоронят его дети и внуки.

— Споры о том, правильно ли изымать огромные средства из экономики в Резервный фонд, идут много лет, но каждый год, прожитый при стабильной финансовой системе, говорит в пользу ваших оппонентов.

— Да, оно все так идет и идет. Но политика эта совершенно абсурдная. В случае черного дня дефицит бюджета все равно покрывается за счет денежной эмиссии, для поддержания курса рубля есть золотовалютные резервы Центробанка, формирующиеся за счет положительного сальдо торгового баланса, и физически в кризис 2008–2009 годов средства Стабилизационного фонда (Фонда национального благосостояния) если и использовались, то только для поддержки крупнейших собственников, для оказания им помощи в реструктуризации долгов. В остальном то, что называлось «тратой Резервного фонда», было просто переписыванием денег со счета Минфина на счет Центрального банка.

— Но госдолг России невелик: 13% ВВП составит он в 2013 году...

— Зато расходы на обслуживание госдолга — наиболее резко растущая статья расходов: 180 млрд рублей в 2009 году и 425 млрд в 2013-м. И само Министерство финансов, и Счетная палата признают, что доходность от вложения средств Резервного фонда в мире — от 0% до 1%, а занимаем мы под 7,63%. Свои деньги вкладываем под 0%, а занимаем под 7–8%.

— То есть Кудрин ушел, но дело его живет?

— Живет и побеждает. Говорят: «Сейчас лучше конъюнктура, почему не взять». Но отдавать-то надо будет потом, когда деньги будут самим нужны, да еще с процентами, а конъюнктура будет хуже!

«Поставленная президентом задача не выполняется»

— Этот бюджет называют «оборонным»: расходы на эти цели вырастут почти на 15%. А как обстоят дела с социальными статьями?

— Падает доля расходов на здравоохранение в общих расходах федерального бюджета, падает доля расходов на образование, на социальную политику. Но чтобы показать, что все в порядке, пишется, что расходы на эти цели на самом деле растут, если не в федеральном бюджете, так в ВВП в целом, — за счет региональных бюджетов. И тут мы переходим к самому интересному. Судите сами. Доходы федерального бюджета вырастут примерно на 4%. А доходы субъектов Федерации почему-то на 12%.

— За счет чего?

— Прогноз по росту прибыли — 18%, а налог на прибыль — один из основных источников региональных бюджетов (2% идет в федеральный бюджет, 18% в региональные. — «МК»). Но парадокс в том, что, несмотря на рост экономики, налог на прибыль из-за принятия закона о консолидированной группе налогоплательщиков, который позволяет крупному бизнесу минимизировать платежи, не растет, а падает. Так что бюджет составлен специфически: очень заниженный план по федеральному бюджету (он является законом и будет финансироваться) и ничем не обоснованный, завышенный прогноз по региональным бюджетам. Но бюджеты регионов Госдума не утверждает, финансирование там пойдет по собственным законам о бюджете, где они не смогут заложить дутые цифры. А реальных дополнительных источников доходов вниз не передается.

— Как будет решаться поставленная президентом задача повысить зарплаты бюджетникам до среднего по экономике уровня? Деньги на это есть?

— Если мы хотим решить задачу в 2013 году, то по региональным бюджетникам повышение должно быть на 57%, а по федеральному бюджету по некоторым категориям — в 2–2,5 раза. Если же все растянуть до 2018 года, как и предусмотрено указом президента, то повышение должно быть в 3,2 раза — по федеральным бюджетникам, и в два — по региональным, потому что экономика тоже развивается и средняя зарплата вырастет. Но если решение задачи растягивается, может, ее и ставить не надо? В мире очень сильная конкуренция за специалистов: врачей, научных работников, и если сейчас не повысить им существенно зарплату, то к 2018 году придется платить гастарбайтерам по этим специальностям из Средней Азии...

По нашим подсчетам, федеральному бюджету, если исходить из нынешнего уровня средней зарплаты по стране (более 29 тысяч рублей на 2013 год), всего потребуется минимум 283 млрд рублей. Но выделено 41,5 млрд рублей, 15% от потребности, а повышение зарплаты научных работников и социальных работников запланировано лишь на 5,5% и только с 1 октября. А региональным бюджетам необходимо порядка 750–800 млрд рублей. Выделена же дотация в 60 млрд рублей, и еще 40 млрд рублей зарезервировано. Но если учесть, что одновременно сокращаются другие субсидии, да и в целом помощь регионам сокращается с 1,4 трлн до 1,3 трлн рублей, их возможности финансировать повышение зарплаты по сравнению с 2012 годом даже ухудшаются. Своих средств у многих из них нет.

— И как же быть?

— Либо будут насильственно сокращаться школы и больницы, либо будет сокращаться и без того небольшая инвестиционная часть региональных бюджетов, либо будут приписки и очковтирательство. Скорее всего, мы увидим и первое, и второе, и третье. Но даже если выделить достаточно денег, решению поставленной задачи будет мешать 83-й закон (о бюджетных учреждениях. — «МК»). Когда у школ, больниц и вузов была смета, тарифная сетка и штатное расписание, можно было проконтролировать, куда идут средства: на повышение зарплаты специалистам или на повышение зарплаты секретарю директора по культмассовой работе. Сейчас повсеместно в бюджетных учреждениях идет раздувание административного аппарата, а проконтролировать, как тратится фонд заработной платы, трудно.


Оксана Дмитриева прогнозирует, что с нынешней бюджетной политикой больницы и школы будут насильственно сокращаться.

— В Госдуму внесен законопроект, обязывающий руководителей бюджетных учреждений с 2013 года декларировать доходы и имущество...

— Руководители будут декларировать, а помощники ректора по работе с регионами, помощники проректора по административно-хозяйственной части — нет... В общем, поставленная президентом задача не выполняется, более того — нет плана и концепции ее решения, расчетов.

«Везде сидят посредники, каждый себе кусочек отпиливает»

— В последние годы правительство усиленно вкладывало бюджетные средства в уставные капиталы компаний. Что мы видим на этот раз?

— Эта порочная практика продолжается. В 2013 году прямых инвестиций под объекты и проектно-сметную документацию заложено на 387 млрд рублей, а имущественных взносов в госкорпорации и вложений в уставные капиталы — на 233 млрд рублей. Более того, инвестиции резко сокращаются по сравнению с текущим годом, почти на 20%. Бюджет не только не социальный, но и не инвестиционный.

— Можно ли проверить, насколько эффективен такой способ поддержки экономики, как вложения в уставные капиталы?

— Счетная палата может проверить лишь соответствие расходов закону, а законом в большинстве случаев не оговорено, на какие цели должны быть потрачены эти средства, и никто не знает, будет на них построен офис или это будут реальные инвестиции. Государство взамен получает акции, а закона об управлении пакетами акций государства в акционерных обществах у нас нет. В совете директоров таких компаний есть представитель государства, но что из этого следует — непонятно. А главе государства иногда приходится прибегать к ручному управлению...

Причем одновременно идут два разнонаправленных процесса: с одной стороны, вложения в уставные капиталы АО, с другой — массовая приватизация и продажа пакетов этих же самых АО. Круговорот денег в природе. И при этом еще 5 млрд рублей заложено на вознаграждение консультантам, которые осуществляют предпродажную подготовку подготовленных к приватизации объектов!

— Это столько же, сколько выделено на меры в связи с вступлением в ВТО?

— Да. То же самое и с Пенсионным фондом. Деньги от накопительной части страховых взносов, 581 млрд рублей, изымаются, Внешэкономбанк и частные управляющие компании покупают на них государственные бумаги, то есть дают бюджету взаймы под процент, а бюджет потом финансирует дефицит ПФ. И везде сидят какие-то посредники, и каждый себе какой-то кусочек отпиливает...

— Значит, «петля на шее». Приготовление к самоубийству?

— К сожалению, мы полностью повторяем прежнюю политику и к новому кризису подойдем с нерешенными социальными проблемами (их решение теперь откладывается после следующих выборов, до 2018 года), сырьевой экономикой и с пирамидой госдолга, потому что платить придется как раз в 2017 году... Социальная сфера разваливается, инвестиционный прорыв — только на словах. А ведь источники роста, связанные с экспортом, исчерпаны. Даже я, которая считает, что цены на нефть пока останутся на высоком уровне, думаю, что их рост не будет бурным: 2–3 доллара за баррель в год, но не 30–50, как несколько лет назад...

У меня такое впечатление, что правительство впервые пытается дать Госдуме максимально честную информацию — насколько оно вообще на это способно. Даже то, что Комитет по бюджету отказывается запрашивать, специалисты из ведомств сообщают. Как будто хотят, чтобы кто-то хоть раз принял решение, разрубил этот гордиев узел! Но Дума ведет себя как слепоглухонемая.

Московский Комсомолец № 26071 от 19 октября 2012 г.